В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и костыльный молоток, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его в глухие леса, где он рубил вековые сосны, и к насыпям будущих железнодорожных путей, где он укладывал пропитанные креозотом шпалы. Он помогал возводить мосты через бурные реки, звено за звеном, балка за балкой. Перед его глазами проходила не только эпоха — менялись сами очертания страны, её бескрайние просторы, прошиваемые стальными нитями рельсов. Но он видел и другую сторону этого прогресса: изнурительный труд, пот и кровь таких же, как он, рабочих и переселенцев, искавших лучшей доли. Цена каждого нового миля пути была высока, и платили её простые люди.